Lai`a Gol - Елена Квашнина

Эван и Тира выглядывали из-за шасси истребителя. Клингонский корабль стоял будто вымерший, но обе девушки отлично понимали цену этой тишины.

— Эх, Лею бы сюда… Живо вскрыла бы этого птеродактиля, — прошептала Эван.

— У меня есть идея, — Тира закрыла глаза и сосредоточилась. Один из файров (в сумраке ангара было трудно разобрать, какой именно) исчез. — Ну-ка, поищи там этого Н'Кая!

Тард вздрогнул. С верхней койки на него пялилось странное зелёное существо, похожее на ромуланского чармандера, только с крылышками. Н'Кай протянул ему навстречу руку — и тут же отдёрнул её от языка пламени, вырвавшегося из пасти зверька.

— Кто же ты такой? — тихо спросил Н'Кай.

— Он в небольшом помещении, — сообщила Тира. — Там есть иллюминатор.

— Что в него видно? — нетерпеливо спросила Эван.

— Контейнеры.

— Эти? — Эван указала рукой направо от выхода из ангара.

— Точно! Они!..

Девушки вылезли из-за своего укрытия и осторожно двинулись в указанную сторону.

Внезапно файр вспорхнул со своего места и… пропал. Тард отследил в воображении траекторию его полёта и подошёл к иллюминатору. Снаружи, среди ящиков, как попало сваленных у входа в ангар, прятались две тёмные фигурки. Странно, что его «карцер» оборудован окном, запоздало удивился Н'Кай. Впрочем, он уже начал подозревать, что находится в запасной шлюзовой камере, и это подозрение не прибавляло ему уверенности в завтрашнем дне. Если уж на то пошло, что мешает клингонам в любой момент возобновить эту давно неиспользуемую функцию?..

Между тем фигурки остановили своё продвижение вперёд и стали делать ему какие-то знаки; после чего как будто заспорили между собой. К сожалению, Н'Кай не мог слышать ни единого слова.

— Ты что? Зачем?!

— Нам нужно проникнуть туда!

— И что?

— Сломаем что-нибудь.

— Что, интересно?

— Не знаю. Не всё ли равно?

— Да у тебя крыша поехала!

— Знаю! Но нельзя же сидеть просто так.

— Мы не просто так. Мы его предупредили.

— О чём? Чего такого он без нас не знал, интересно?

— Хотя бы, что мы тут.

— Как ему, бедняге, полегчало!

— Тебе лучше знать, он твой старый знакомый…

Внезапно створки входного люка корабля пришли в движение и с гудением опустились вниз. Н'Кай отпрянул вглубь своей камеры, когда ввалившийся туда охранник-клингон схватил его за шиворот и потащил вон из неё, вдоль по коридору.

…Шлюзовая платформа со звоном опустилась на бетонный пол. Наружу высунулся клингон, осмотрелся и скрылся обратно. Девчонки в едином порыве кинулись к кораблю, и Эван собрала воедино все свои способности, создавая вокруг себя и подруги иллюзию пустого пространства. Спустя две секунды после того, как они скрылись за углом коридора, из другого отсека вышел отряд клингонов и выстроился вдоль платформы по обе её стороны.

Слушая толковый ответ молодого клингона, Литгоу постепенно успокаивался. На этот раз командование явно перебдело с мерами предосторожности. Ребята, оказывается, не без способностей, на лекциях мух не ловили, вон как шпарят, будто заведённые. Шпаргалок нет, даже ромуланца с собой не взяли, чтобы никто его потом в подсказывании не заподозрил. Что ж, лучше перебдеть, чем недобдеть. Джон кивнул, разрешая экзаменуемому перейти к следующему вопросу.

Экзамен заканчивался. Джонсон уже ставил свою подпись в документах клингонских курсантов, когда Агата Бестер вдруг покачнулась и потеряла сознание. Гримо Данглар сильно побледнел и прислонился к стене. Военные в недоумении успели лишь оглянуться, а клингоны уже схватили телепата, окружили его плотной группой и повели к дверям. Джонсон и Литгоу бросились было следом, но их остановил слабый голос мисс Бестер. Приподнявшись на локте, она прошептала:

— Не надо! Они убьют его… телепаты… убьют… — и вновь потеряла сознание.

Что-то явно пошло не так. Неужели они ошиблись, и целью клингонов был вовсе не Литгоу?

Клингоны-телапаты? Быть этого не может, вихрем пронеслось в голове у Джонсона, когда на мгновение он встретился с растерянным взглядом своего друга, сжимавшего в правой руке бесполезный табельный фазер.

А злоумышленники уже распахнули дверь…

Завидев заложника, эскортируемого с бог весть откуда взявшимся дисраптором у виска, переодетые спецназовцы шустро бросились врассыпную, пластуясь по стенам коридора в ожидании приказа о штурме. Клингоны единой группой двинулись к выходу, не обращая на спецназовцев ровным счётом никакого внимания. Алекс быстро проанализировала свои эмоции и пришла к выводу, что не очень-то выделяется на фоне светло-зелёной стены коридора. Во всяком случае, она очень на это надеялась.

Эта надежда рухнула.

Джонсон привёл в чувства мисс Бестер, и она рассказала, что в момент ментальной атаки сознания клингонов словно превратились в гигантскую воронку смерча, втянувшую в себя как бы матрицы с личностей всех присутствующих здесь людей. При этом их телепатическая сила суммировалась, но была крайне нестабильна, что сразу выдавало её искуственное происхождение. «Какой-то неизвестный наркотик», — предположила пострадавшая. Сила воздействия клингонов была такова, что подействовала деструктивно лишь на сознания присутствовавших в аудитории телепатов, и никак не повредила обычным дюдям. Так что можно было не сомневаться — даже безоружные, они будут представлять серьёзную угрозу Данглару.

Н'Кая отпинали в грузовой отсек, где на одной из палуб стоял его изящный маленький корабль — такой близкий и абсолютно недоступный. Ему было велено сидеть там и ждать сигнала. Беспрекословное повиновение вражеским приказам никогда не входило в число немногочисленных добродетелей Тарда; поэтому, как только за клингонами закрылась дверь, ромуланец начал обшаривать палубу в поисках другого выхода. Вскоре он его нашёл и, шумно сопя, стал протискиваться в вентиляционный ход — без особых целей и намерений, впрочем — исключительно из чувства противоречия. Судя по всему, на Клинжае никто не был знаком с «Правилами злого властелина», потому что подошвы ботинок Н'Кая очень скоро скрылись в тёмном жёлобе квадратной трубы безо всякого противодействия со стороны тех, кто обязан был любой ценой не допустить этого события.

Эван и Тиру отбросило к противоположной переборке. «Взлетаем!!!» — с ужасом осознали они, сражаясь с перегрузкой, вжавшей их в противоположную стену.

Да что же тут такое, чёрт возьми, происходит?!

Алекс оказалась в одной камере с незнакомцем. Гримо Дангар держался мужественно — не шастал из угла в угол, не болтал без удержу, как это делают слабонервные хлюпики. Однако его каменная неподвижность и гробовое молчание не прибавляли Алекс уверенности в себе — в них ей чудилось принятие худшей участи убеждённым фаталистом. Разум свой она держала на замке, к соседу в голову соваться тоже благоразумно не пыталась. Корабль летел уже довольно долго безо всяких эксцессов. Девушка распрямила затёкшие конечности; опираясь о стену (камера была абсолютно пуста), поднялась на ноги. Первым делом она подошла к двери и нерешительно в неё поскреблась. Тишина. Ей даже показалось, что Данглар не дышит. Чтобы убедить себя в обратном, Алекс решилась-таки к нему обратиться.

— Они что, экзамен не сдали?

Красивое лицо, которому слегка курносый нос придавал благородное обаяние, на секунду дрогнуло. Алекс вдруг захотелось увидеть, как он улыбается. Однако с этим явно приходилось повременить. Не глядя на неё («Не повернув головы кочан…» — как всегда некстати вспомнился ей злополучный Маяковский), Данглар спокойно ответил:

— Сдали на «отлично».

— А что Вы им сделали? — изумилась Александра.

Тут Гримо наконец соизволил поднять на неё глаза (он продолжал сидеть на полу напротив двери камеры). Прохлада оазиса для путника в жаркой пустыне — вот чем был его взгляд. Однако Алекс не была путником в пустыне, скорее, её следовало уподобить Дарье в крещенском бору. Так что холодный взгляд телепата окончательно приморозил её язык к нёбу, и дальнейших вопросов с её стороны не последовало. Данглар переменил позу, вытянув длинные ноги через всё тесное помещение. Руки он по-наполеоновски скрестил на груди. Алекс ничего не оставалось, кроме как пялиться на него и дальше. И смутное воспоминание зашевелилось в ней… воспоминание детства — но не того, первого, настоящего, детства, которому минуло три столетия — а второго, прошедшего уже в этом мире. Этот высокий лоб, чистые холодные глаза, аккуратные бачки и выразительно изогнутые губы* она видела тогда, когда Джон доставил её, одиннадцатилетнюю испуганную девчонку, на Землю. (* — …она видела в 1902-м году в Таганской тюрьме:))) — прим. автора.)